пятница, 13 декабря 2013 г.

Виталий Неизвестных. "ИМЕНИННИКИ ТОРЖЕСТВА ИЛИ ПРАЗДНИК КИРЗОВЫХ САПОГ".

Рано или поздно, кому-то немного раньше, а кому-то слегка позже, но каждому ребёнку – городскому или сельскому, столичному или абсолютно, навзрыд деревенскому – приходится топать первый раз в первый класс. Общеизвестная история про Филиппка, который решил опередить время, и стал ходить в школу чуть ли не в пятилетнем возрасте, вызвала массу последователей и подражателей: акселератов и вундеркиндов. К сожалению, дальнейшая их судьба, в том числе и самого первооткрывателя Филиппка, большей частью кроется в тумане. Стало быть, узнать, кому из них помог ранний старт, а кому повредил, вряд ли удастся. У автора этих строк старт был скорее поздний, чем ранний, ибо в школу он пошёл, как было принято говорить в то время, с восьми лет, и основу его одноклассников составляли лица обоего пола, но другого года рождения.
Надобно также доложить Вам, уважаемый читатель, что деревенские обстоятельства того времени и того жизненного пространства, в котором прошло дошкольное детство автора этих строк, позволяли значительную часть ежегодности обходиться и вовсе без обуви, т.е., говоря без экивоков и попросту, бегать босиком. Положительная сторона такой беготни – единство с природой – ныне видна невооруженным взглядом. Более того, многие знатоки и адепты народной медицины новейшего времени сделали из хождения босиком настоящее ноу-хау. К отрицательным сторонам – относились и, похоже, относятся до сей поры, разнообразные колкости и несуразности земной поверхности. К таковым можно причислить раскрывшиеся сосновые шишки, рассыпанные густым ковром на лесных тропинках, а также скошенные пространства трав или злаков, на которых осталась стерня. Но и эта позиция поддается раскачке, поскольку в свете новейших теорий и моды на восточную медицину, детские гримасы, сопровождаемые ойканьем и айканьем от общения босых ступней с сосновыми шишками или стернёй, вполне могут сойти за мимическое и звуковое сопровождение процесса иглоукалывания.
Все эти рассуждения о практической пользе босоногости выглядят ныне хорошо и красиво, но ведь идти в первый класс босиком пусть и в начале 60-х годов было уже как-то и не совсем прилично. Иными словами, хороша страна перманентной босоногости, но необходимость идти в первый класс вынуждает обзаводиться обувью. При этом постоянные напоминания о школе слегка нервируют будущего первоклассника, особенно того, который произрос на вольных деревенских хлебах, и знать не знал, и ведать не ведал принудительного коллективизма дошкольных детских учреждений.
Время идёт, дошкольное детство близится к своему логическому завершению, неумолимо приближается сентябрь, страхи перед школой густеют, подобно осенним тучам…
31 августа родители отправляются в райцентр на школьную ярмарку, ожидание их возвращения длится и длится, день кажется бесконечным, но вот, наконец, весёлые и счастливые появляются родители и начинается опять-таки весёлая и счастливая суета демонстрации, раздачи и примерки подарков.
Будущему первокласснику достается обмундирование по полной программе: полушерстяная гимнастёрка и брюки, фуражка с околышем, ремень с пряжкой и самое главное – кирзовые сапоги! Да, кирзовые сапоги, настоящие именинники торжества. Даже смотреть на них одно загляденье.
Из главного и единственного хранителя нехитрых семейных ценностей того времени – простого деревянного сундука извлекается отрез материи, отрезаются по размеру байковые портянки, неспешно, поочередно и любовно наматываются на ноги, ноги погружаются в сапоги, создавая незабываемое впечатление мягкости, довольства и уюта. По окончанию примерки и контрольного, хотя и осторожного прохода по комнате сапоги с большой неохотой снимаются, их передники густо намазываются дегтем, чтобы не пропускали влагу и ставятся рядом с кроватью. Сапоги воспринимаются как символ принадлежности к касте воинов. Это уже потом будущий первоклассник найдёт подтверждение своим горячечным чувствам и лихорадочным мыслям переходного – от 31 августа к 1 сентября – периода в поэме Александра Твардовского «Василий Тёркин»:
«Нет, ты дай-ка мне сапог
Да суконные портянки,
Дай ты мне, тогда я бог…»
Пока же он, ненадолго засыпает и периодически просыпается, чтобы проверить на месте ли они – именинники торжества, терпко пахнущие дёгтем и устремлённые голенищами в небо. При этом он чувствует себя если не божеством, то уж во всяком случае, заметно приободрённым и даже приподнятым над окружающей дошкольной действительностью, и где-то в глубине души понимает, что в кирзовых сапогах и байковых портянках ему и школьная действительность не страшна…

Комментариев нет:

Отправить комментарий