По иронии судьбы, самые яростные критики коррупции — российские чиновники, то есть те люди, которые выступают главными коррупционерами. Допустим, можно понять ностальгию по СССР простых людей. Но ностальгия по прошлому характерна и для российского бизнеса.
Советская символика, цитатники Ленина и Сталина можно найти в фешенебельных бизнес-офисах, на столах крупных бизнесменов. Заметьте, при этом нет ни одного бизнесмена и бизнес-структуры в России, которые не пользовались бы черной бухгалтерией, не выводили бы нелегально средства в оффшоры, иными словами, не осуществляли бы противозаконную деятельность. К слову сказать, я не видел и простых людей, которые бы отказывались получать зарплату в конвертах или были готовы платить все налоги, как в Советском Союзе, так и в современной России.
Следует признать, что наши представления о смерти исторических периодов и политических режимов достаточно зыбки, шатки, и условны. Интересно, что события 1989 года в Европе или 1991 года в бывшем СССР называют «коллапсом» или «падением» (падение Берлинской стены). И «коллапс», и «падение» значат не естественную смерть исторической эпохи или политического режима, а неожиданную, непредвиденную гибель, смерть в результате несчастного случая.
Я считаю, что настало время переосмыслить сущность смерти коммунизма и посмотреть беспристрастно на критику СССР, на интеллектуальную жизнь современных российских либералов, но самое главное, на ту систему ценностей, которая доминирует в настоящее время в российском обществе, чтобы возможно понять истоки ностальгии и разочарования подавляющего большинства нынешних российских граждан.
Следует признать, что современные российские интеллектуалы и яростные либералы, политики и общественные деятели не имеют никакого отношения к гибели коммунистической идеологии, коммунистического режима. Более того, современная система ценностей, которая лежит в основе современного хищного безжалостного рынка, всепроникающей коррупции, лжи, лицемерия, как власти, так и оппозиции является целиком системой ценностей поколения 70-х, прежде всего прежних лидеров коммунистических организаций, ВЛКСМ, — именно они и являются той самой современной российской бизнес и политической элитой современной России.
Коммунизм, сталинская диктатура в СССР умерла естественным путем — 5 марта 1953 года. Вся последующая эпоха представляла собой «небытие» сталинизма, естественный процесс умирания коммунистической диктатуры. Но, именно в этот период советской истории расцвела коррупция, воровство, двойная идеология, спекуляция, прежде всего при активном, но скрытом участии партийной политической элиты — все то, что теперь можно называть советским общество потребления, и соответственно, культуры этого периода — советским постмодернизмом.
Неважно, что тексты лидеров постмодернизма были недоступны широкой аудитории в СССР — ежедневная жизнь миллионов советских граждан воплощала собой тот самый пресловутый постмодернизм: «смерть автора», «смерть истории», «смерть субъекта», «смерть человека». Неважно, что железный занавес преграждал свободный выезд в западные страны, а в советских магазинах был гигантский дефицит товаров. Именно в 70-е годы «двойная идеология», «двойная совесть» господствовали в общественном сознании. Иными словами, можно было быть членом партии или ВЛКСМ и в то же самое время пользоваться услугами спекулянтов, защищать и поддерживать двойную бухгалтерию и существование партийных распределителей товаров народного потребления, пользоваться услугами спекулянтов при покупке книг как западной, так и зарубежной классики.
Членство в коммунистической партии или ВЛКСМ, близость к руководству партийных комитетов не только не мешало воровству и лжи, но наоборот, давало большие возможности для приобретения любых, я подчеркиваю, — любых товаров и услуг. Именно поколение 70-х и стало авангардом «борьбы» за свободу и «демократические ценности», но это были особые ценности и особое представление о демократии и ценностях, — психология и идеология советского общества потребления, советского застоя и постмодернизма.
Именно эти ценности двигали интеллектуалами, политиками, бизнесменами в 1991 и в 90-е. Не борьба с коммунистической диктатурой, а борьба за собственное благополучие. Критика советской системы, сталинского коммунизма исходит от поколений, которые не сделали и не могли сделать ничего для того, чтобы коммунистическая или социалистическая идеология ушли. Но, которые сделали все для того, чтобы потребительская идеология поколения 70-х была реализована на постсоветском пространстве, в том числе, и в современной России.
Критиковать путинский период России — бессмысленно так же, как и обвинять его в том, что он стремится в прошлое. Он — яркий представитель поколения 70-х, такой же, как и Ходорковский, как и все нынешние интеллектуалы — критики, как коммунизма, так и путинского режима. В сознание этого поколения спокойно уживаются простые истины советского потребителя: можно критиковать существующий режим, ориентируюсь на издательский или медийный рынок. И в то же самое время спокойно встречаться с властью, коррупционерами, пользоваться деньгами и близостью к представителям власти для решения любых вопросов и проблем, как личных, так и, например, финансирования «оппозиции».
Советское поколение 70-х победило на всем постсоветском пространстве. Дело совсем не в том, много и мало демократии в современной России, а в том, что другой свободы и демократии поколение 70-х не знает и знать не может. И ностальгия молодого поколения по СССР питается, в том числе, и неприятиям и отвержением психологии и идеологии отцов.
И только в этом смысле можно говорить о том, что Владимир Путин подвел итог, закрепил идеалы и ценности своего поколения в правовом и политическом поле современной России.
Именно поэтому — он настоящий лидер современной России.
Советская символика, цитатники Ленина и Сталина можно найти в фешенебельных бизнес-офисах, на столах крупных бизнесменов. Заметьте, при этом нет ни одного бизнесмена и бизнес-структуры в России, которые не пользовались бы черной бухгалтерией, не выводили бы нелегально средства в оффшоры, иными словами, не осуществляли бы противозаконную деятельность. К слову сказать, я не видел и простых людей, которые бы отказывались получать зарплату в конвертах или были готовы платить все налоги, как в Советском Союзе, так и в современной России.
Следует признать, что наши представления о смерти исторических периодов и политических режимов достаточно зыбки, шатки, и условны. Интересно, что события 1989 года в Европе или 1991 года в бывшем СССР называют «коллапсом» или «падением» (падение Берлинской стены). И «коллапс», и «падение» значат не естественную смерть исторической эпохи или политического режима, а неожиданную, непредвиденную гибель, смерть в результате несчастного случая.
Я считаю, что настало время переосмыслить сущность смерти коммунизма и посмотреть беспристрастно на критику СССР, на интеллектуальную жизнь современных российских либералов, но самое главное, на ту систему ценностей, которая доминирует в настоящее время в российском обществе, чтобы возможно понять истоки ностальгии и разочарования подавляющего большинства нынешних российских граждан.
Следует признать, что современные российские интеллектуалы и яростные либералы, политики и общественные деятели не имеют никакого отношения к гибели коммунистической идеологии, коммунистического режима. Более того, современная система ценностей, которая лежит в основе современного хищного безжалостного рынка, всепроникающей коррупции, лжи, лицемерия, как власти, так и оппозиции является целиком системой ценностей поколения 70-х, прежде всего прежних лидеров коммунистических организаций, ВЛКСМ, — именно они и являются той самой современной российской бизнес и политической элитой современной России.
Коммунизм, сталинская диктатура в СССР умерла естественным путем — 5 марта 1953 года. Вся последующая эпоха представляла собой «небытие» сталинизма, естественный процесс умирания коммунистической диктатуры. Но, именно в этот период советской истории расцвела коррупция, воровство, двойная идеология, спекуляция, прежде всего при активном, но скрытом участии партийной политической элиты — все то, что теперь можно называть советским общество потребления, и соответственно, культуры этого периода — советским постмодернизмом.
Неважно, что тексты лидеров постмодернизма были недоступны широкой аудитории в СССР — ежедневная жизнь миллионов советских граждан воплощала собой тот самый пресловутый постмодернизм: «смерть автора», «смерть истории», «смерть субъекта», «смерть человека». Неважно, что железный занавес преграждал свободный выезд в западные страны, а в советских магазинах был гигантский дефицит товаров. Именно в 70-е годы «двойная идеология», «двойная совесть» господствовали в общественном сознании. Иными словами, можно было быть членом партии или ВЛКСМ и в то же самое время пользоваться услугами спекулянтов, защищать и поддерживать двойную бухгалтерию и существование партийных распределителей товаров народного потребления, пользоваться услугами спекулянтов при покупке книг как западной, так и зарубежной классики.
Членство в коммунистической партии или ВЛКСМ, близость к руководству партийных комитетов не только не мешало воровству и лжи, но наоборот, давало большие возможности для приобретения любых, я подчеркиваю, — любых товаров и услуг. Именно поколение 70-х и стало авангардом «борьбы» за свободу и «демократические ценности», но это были особые ценности и особое представление о демократии и ценностях, — психология и идеология советского общества потребления, советского застоя и постмодернизма.
Именно эти ценности двигали интеллектуалами, политиками, бизнесменами в 1991 и в 90-е. Не борьба с коммунистической диктатурой, а борьба за собственное благополучие. Критика советской системы, сталинского коммунизма исходит от поколений, которые не сделали и не могли сделать ничего для того, чтобы коммунистическая или социалистическая идеология ушли. Но, которые сделали все для того, чтобы потребительская идеология поколения 70-х была реализована на постсоветском пространстве, в том числе, и в современной России.
Критиковать путинский период России — бессмысленно так же, как и обвинять его в том, что он стремится в прошлое. Он — яркий представитель поколения 70-х, такой же, как и Ходорковский, как и все нынешние интеллектуалы — критики, как коммунизма, так и путинского режима. В сознание этого поколения спокойно уживаются простые истины советского потребителя: можно критиковать существующий режим, ориентируюсь на издательский или медийный рынок. И в то же самое время спокойно встречаться с властью, коррупционерами, пользоваться деньгами и близостью к представителям власти для решения любых вопросов и проблем, как личных, так и, например, финансирования «оппозиции».
Советское поколение 70-х победило на всем постсоветском пространстве. Дело совсем не в том, много и мало демократии в современной России, а в том, что другой свободы и демократии поколение 70-х не знает и знать не может. И ностальгия молодого поколения по СССР питается, в том числе, и неприятиям и отвержением психологии и идеологии отцов.
И только в этом смысле можно говорить о том, что Владимир Путин подвел итог, закрепил идеалы и ценности своего поколения в правовом и политическом поле современной России.
Именно поэтому — он настоящий лидер современной России.
